|
|
и все заново
- Когда, я тебя спрашиваю? - В очередной раз этот вопрос повис под потолком, как надоевший клочек вечно болтающейся там паутины. Чувствуя сжимающее желваки раздражение, вылезаю из под одеяла и растерянно оглядываю комнату в поисках своих вещей. - Может быть ты мне ответишь, наконец!? - Усевшись в постели она задает свой "контрольный" вопрос. Натянув штаны, я молча продолжаю одеваться, потому что на эти вопросы я неоднократно давал исчерпывающие ответы. Я совсем не прочь сказать ей то, что она так давно хочет услышать. Но я не могу врать, не могу больше убивать Ее веру в то, что может вообще не случиться, не могу просто проломить лабиринт однажды сплетенных обстоятельств, которые она считает лишь отговоркой. Возможно Она права, и мне стыдно от этого. И впрямь хватит дразнить друг друга мечтами, на которых лишь написано "образец".
Я смотрю на ее щеки, на них уже видны следы ее излюбленной пытки. Это выше моих сил. Я не лжец, я не сволоч, но мне никак не удается вымолить у наших отношений еще один кредит.
Теперь мой ход. Немного поколебывшись, я одеваю рубашку, очень медленно и сосредоточенно начинаю застегивать пуговицу за пуговицей. Для меня, в такой момент, действие становится решением ситуации. Это помогает немного успокоиться и не сказать того, что и так известно обоим. Наверное сейчас, для Нее, нет ничего больнее, чем наблюдать, как в жестоком безмолвии я собираюсь просто уйти. Теперь навсегда.
За окном еще светло, несмотря на неприветливый осенний дождь. Стоя уже посреди комнаты, я пытаюсь сказать что-то на прощание, но не уверен, что это все еще нужно. Ну вот, я готов. У ворота застегнута последняя пуговица. Она же, закусив вдруг нижнюю губу, отворачивается. У нее дрожат плечи.
В очередной раз, переступая через порог, я обещаю себе свести вместе намерения и поступки.
Я ненавижу уходить настолько, насколько я люблю возвращаться.
Я смотрю на ее щеки, на них уже видны следы ее излюбленной пытки. Это выше моих сил. Я не лжец, я не сволоч, но мне никак не удается вымолить у наших отношений еще один кредит.
Теперь мой ход. Немного поколебывшись, я одеваю рубашку, очень медленно и сосредоточенно начинаю застегивать пуговицу за пуговицей. Для меня, в такой момент, действие становится решением ситуации. Это помогает немного успокоиться и не сказать того, что и так известно обоим. Наверное сейчас, для Нее, нет ничего больнее, чем наблюдать, как в жестоком безмолвии я собираюсь просто уйти. Теперь навсегда.
За окном еще светло, несмотря на неприветливый осенний дождь. Стоя уже посреди комнаты, я пытаюсь сказать что-то на прощание, но не уверен, что это все еще нужно. Ну вот, я готов. У ворота застегнута последняя пуговица. Она же, закусив вдруг нижнюю губу, отворачивается. У нее дрожат плечи.
В очередной раз, переступая через порог, я обещаю себе свести вместе намерения и поступки.
Я ненавижу уходить настолько, насколько я люблю возвращаться.
у Тебя день рождения, не моя...
твой день настал.
и пусть все звезды пылают ярко для тебя.
пусть солнце нежно улыбнется,
глазам твоим свой блик даря.
пусть все сердца тебе лишь вторят.
цветы все завистью горят,
к твоей улыбке, лепестками,
манящей самый кроткий взгляд.
так счастья пусть открыты двери,
пусть встретят флаги, трепеща.
все будет так, я знаю, верю.
все в этот день лишь для тебя.
©
и пусть все звезды пылают ярко для тебя.
пусть солнце нежно улыбнется,
глазам твоим свой блик даря.
пусть все сердца тебе лишь вторят.
цветы все завистью горят,
к твоей улыбке, лепестками,
манящей самый кроткий взгляд.
так счастья пусть открыты двери,
пусть встретят флаги, трепеща.
все будет так, я знаю, верю.
все в этот день лишь для тебя.
©
Тебе, не моя...
Вот белый лист и мысли дерзки.
Нашёл тебя. Не устоять.
Как не узнать плохие вести?
Необретя тебя терять?
Случилось так, хоть мы не вместе,
И белый лист уже не пуст,
Я допишу на нём то имя,
Что не даёт теперь уснуть.
Я не хочу тебя тревожить.
И не хочу себя понять.
Зачем мне снова восемнадцать?
Зачем мне листьями рыдать?
©
Нашёл тебя. Не устоять.
Как не узнать плохие вести?
Необретя тебя терять?
Случилось так, хоть мы не вместе,
И белый лист уже не пуст,
Я допишу на нём то имя,
Что не даёт теперь уснуть.
Я не хочу тебя тревожить.
И не хочу себя понять.
Зачем мне снова восемнадцать?
Зачем мне листьями рыдать?
©
剣道
дождь в японской гравюре укиё-э
Зима Весне
В середине вселенной седой пустоты,
Где нет капли тепла, ни надежды, мечты,
Одинокое сердце укрыто тоской,
Там не сможет оно повстречаться с судьбой.
Но слышны его тихие стоны порой, и настанет тот час.
Скоро… Час роковой,
Когда вспрянет оно и пробьёт скорлупу
И разломит как лёд и печаль и тоску.
И помчится на встречу судьбе молодой,
Как приходит Весна мощью Солнца.
Звездой, полыхающей силой взорвётся покой,
Наполняя мне очи солёной водой.
Сердце птицею бойкой покинет свой плен,
Распахнув мою клетку серебряных вен.
Так останусь я снова один на один
С пустотою, безумием, ветром стальным.
Буду ждать его вновь и время всё вспять,
Когда сердце Зимы наиграется.
Встать. И дойти бы до края седой пустоты,
И прилечь там тихонько, дождаться Весны…
Так неистовствуй, бейся, живи и дыши,
Лишь у ложа подснежники мне возложи.
________________________________________
Посвящается моему папе
29.01.1950 - 05.12.2008
Где нет капли тепла, ни надежды, мечты,
Одинокое сердце укрыто тоской,
Там не сможет оно повстречаться с судьбой.
Но слышны его тихие стоны порой, и настанет тот час.
Скоро… Час роковой,
Когда вспрянет оно и пробьёт скорлупу
И разломит как лёд и печаль и тоску.
И помчится на встречу судьбе молодой,
Как приходит Весна мощью Солнца.
Звездой, полыхающей силой взорвётся покой,
Наполняя мне очи солёной водой.
Сердце птицею бойкой покинет свой плен,
Распахнув мою клетку серебряных вен.
Так останусь я снова один на один
С пустотою, безумием, ветром стальным.
Буду ждать его вновь и время всё вспять,
Когда сердце Зимы наиграется.
Встать. И дойти бы до края седой пустоты,
И прилечь там тихонько, дождаться Весны…
Так неистовствуй, бейся, живи и дыши,
Лишь у ложа подснежники мне возложи.
________________________________________
Посвящается моему папе
29.01.1950 - 05.12.2008

